K O N F Ê R A N S

Mîr û Balêrîna Kurd

Leyla Bedir Xan (1908-1986)

Jiyan û Wêne

Rênas Newrozî

Rojnamevan

Mêjû : Yeksem, 19.09.2010 - katjmêr 16

Navnîsan : Buroya Kurdî

Quai aux Pierres de Taille (Arduinkaai) 11

1000 Bruxelles

http://www.kurdishbureau.be

kurdishbureau@scarlet.be

"Саддам хотел помешать езидам посещать Курдистанский регион", говорит Салих Йалти, соруководитель немецкой компании Ассоциация федераций езидов, отметивший, что такие попытки, видимо, делаются для личной финансовой выгоды.

"Те, кто стоит за этой идеей, не имеют понятия о религии", сказал Йалти. "Лучше бы они занялись объединением езидов".

Несмотря на это, Йалти и многие другие люди полагают нормальным создание храмов, если только они не называются "Лалеш".

"Это хорошая идея для нас - построить здесь еще один храм. Там мы, езиды из разных уголков мира, сможем по крайней мере, собираться и встречаться", сказал Йалти.

Шейх Авдо отверг любую мысль построить новый Лалеш в другом месте, но признал, что они чувствуют "духовный разрыв" в связи с отсутствием храма в другой стране.

Элиас Янч, работающий в ассоциации езидов города Ольденбург в Германии, согласен с мнением о том, что отсутствие храма в Европе создает религиозный разрыв между езидами.

"Строительство храма является хорошей идеей, но, назвать его Лалеш было бы самым плохим, что можно сделать", сказал Янч. Лалеш находится в провинции Дахук, примерно в 60 км к северо-западу от Мосула. В нем жил и похоронен Шейх Ади, центральная фигура езидской религии.

По крайней мере, один раз в жизни езиду как полагается совершить 6-дневное паломничество к Лалеш, чтобы посетить могилу шейха Ади и другие священные места. В Германии проживает около 100 тысяч езидов.

Некоторые из них активно участвуют в политической и общественной жизни в Германии и в мире. Фалакназ Оджа, представляющая немецких езидов, уже второй срок является членом Европейского парламента.

Хайри Бозани, директор по делам езидов в Министерстве по делам вакуфов и религии Курдистана, против любых попыток построить еще один Лалеш в других странах мира.

"Лалеш есть в нашей стране, Курдистане, где у нас есть история и культура. Невозможно, чтобы другой Лалеш был построен в другом месте.

Увы, зачастую мы начинаем по-настоящему ценить таких ярких людей только после их смерти. У певца Мамоэ Сло был воистину Божий дар. Известный курдский певец, Решидэ Басо, говорил о нём: «Сама Хатуна Ферхан (покровительница искусства в езидской религии, - ред.) одарила ему даром пения». Мамоэ Сло был большим мастером, обладавшим мощным природным голосом, естественной виуртуозностью исполнения, мудрым выбором песен, а также точной, очень бережной передачей как аутентичного текста, так и мелоса народной песни. (Последнее, в наши дни, неоценимо важно - особенно потому, что немалая часть современных певцов, даже вполне уважаемых, поступают с текстом и мелодиями народных песен на удивление вольно.)

Но Мамоэ Сло был настоящим мастером, и потому песни в его исполнении получались безупречными - в том числе, с точки зрения их нативного звучания. Иначе и быть не может, ведь курдское искусство народных песен не терпит искажений.

Даже среди известных певцов, Мамое Сло был и остаётся яркой звездой. Лишь единожды услышав его песни - такие, например, как «Сисиле», «Гелие кало», «Еме Гозике», «Чинар джане» - их уже невозможно забыть. Мамоэ Сло был настоящим народным певцом. Он мог петь часами, и ни одна из его песен не повторялась. При этом его голос становился ещё мощнее и чище.

Этот любимый народом певец родился в 1941 году, в деревне Байсиз Талинского района. Надо сказать, что Байсиз (а также Сичанлу) были первыми езидскими поселениями на территории современной Армении. Жителям этих деревень удалось столетиями сохранять свой язык и культуру. В этих деревнях традиционно существовало высокое уважение к фольклору. Достаточно сказать, что известный исполнитель эпических песен, Агите Теджир, приходившийся дядей Мамоэ Сло, был родом из Байсиза, а Таарэ Агит, известный музыкант, играющий на свирели (блур), родом из Сичанлу.

Когда Мамо был ещё ребёнком, его семья переехала в Эчмиадзинский район. Долгие годы Мамо работал контролёром на Ереванском рынке.

Я познакомился с Мамо очень давно. Его старший брат, Лазгин, приходился зятем одной семье в нашей деревне, где у семьи Сло были и другие родственники, так что приезжали Лазгин и Мамо вместе довольно часто. Они, например, бывали гостями и на свадьбах в нашей деревне. Да надо заметить, что и растояние между нашими деревнями составляло всего 8-9 километров.

Лазгин тоже был хорошим певцом, он даже и на свадьбах pel geroicheskiye pesni . А следует сказать, что у нас на свадьбах осмеливались петь только мастера. Но Lazgin так и не спел для Ереванского радио (имеется в виду Курдский отдел). Мамо научился многим песням именно у своего брата.

В фондах Курдского отдела Ереванского радио сохранилось 12 песен в исполнении Мамоэ Сло. По сравнению с тем большим количеством песен, что он знал, это, конечно, очень мало. Но, слава Богу, сохранились хотя бы эти двенадцать, которые стали неоспоримым богатством курдского народа. Они могут дать достаточное представление о мастерстве этого талантливого певца.

Мамое Сло был мастером героических песен. Но также, с большим мастерством, исполнял он песни эпические, любовные, лирические, свадебные (обрядовые). Он знал много бейтов (религиозные сказы, - ред.) езидской религи. Искуство Мамоэ Сло заслуживает самой высокой похвалы, но, чтобы наши читатели лучше представили себе мастерство этого певца, я раскажу об одном конкретном случае.

В 1974-м году Институт Искусств АН Армянской ССР организовал Всесоюзную конференцию, посвящённую народной музыке. На неё прибыли участники со всего Союза и даже из-за рубежа. Доктор искусствоведения Нуре Джавари, читала доклад о курдской народной музыке. Для ознакомления аудитории с примерами курдкой музыки, она пригласила на конференцию Мамоэ Сло. Когда закончился доклад Нуре Джавари, Мамо пригласили на сцену.

И Mамо начал петь. Его мощный голос наполнил собой весь зал Ереванского оперного театра. Все смолкли, в зале воцарилась абсолютная тишина. Звучал только голос Мамо. Он как-то легко затмил всех до него выступавших певцов.

Рядом со мной сидел известный специалист по народной музыке, профессор из Грузии, Чхиквадзе. Когда Мамо закончил первую песню, он наклонился ко мне и спросил: «Какую косерваторию закончил этот курдский певец?». Я засмеялся и сказал: «У Мамо нет никакого музыкального образования. Он, наверное, даже нотной грамоты не знает. На Ереванском рынке он работает контролёром».
«Это невозможно! - ответил профессор и покачал головой. - Человек без музыкального образования не может овладеть подобным мастерством». (Да, воистину так: мастерство Мамоэ Сло удивляло специалистов.) Когда Мамо закончил выступление, начались бурные овации.

Я это событие никогда не забуду. То был настоящий триумф курдской культуры, курдской песни, курдского исполнения. И, кроме того, то была оценка мастерства Мамоэ Сло со стороны квалифицированных специалистов.

Последный раз я увиделся с Мамоэ Сло в 1992-м году. На одной из Ереванских улицах он торговал мясом. Мы прихватили мясо и поехали с ним к одному из наших общих друзей. Несмотря на недавно перенесённый инфаркт, Мамоэ пел для нас допоздна.

Это был скромный, гостеприимный, дружелюбный человек, настоящий патриот своего народа, всячески старавшийся сохранить родной язык, культуру и традиции.
Мамоэ Сло оставил после себя прекрасные обрацы исполнения курдских песен. Благодарная память о нём будет жить вечно в сердцах тех, кому по-настоящему дорога курдская культура.

Тосинэ Решид
Июль, 2010 г.

Eto ne nado P.S.: Езидское общество «Ронаи» в Нидерландах выражает огромую благодарность Тосинэ Решиду за предоставление статьи «Biranina Mamoe Silo» на русском языке.

Это лучший индикатор состояния нашего общества. Хочу отметить, что не все так ужасно как может показаться на первый взгляд, однако наличие молодых людей «не переваривающие» таких же курдов, как и они, но приверженцев иной религиозной конфессии это тревожный сигнал. Таких людей можно встретить как среди курдов-мусульман, курдов-езидов, так и курдов-христиан. Ряд христиан считают целесообразным объединиться под знаменем Христа.

При этом они аргументируют свою точку зрения тем, что христианство в среде курдов, в отличии от ислама, распространялось ненасильственным путем; христианство, опять же в отличии от ислама, не стирает самобытные национальные черты у исповедующих ее народов; христианство запрещает близкородственные браки, отказ от которых, кстати пошло бы только на пользу курдам. Что же касается езидов, так они считают себя приверженцами древнекурдской религии и, по их мнению, курды-мусульмане и курды-христиане рано или поздно должны вернуться в лоно первоначальной религии. Что впрочем, приводит к острой полемике с представителями остальных конфессий. Курды-мусульмане, являясь большинством из разношерстного конфессионального состава курдского народа, тоже не лишены эгоцентризма.

Так, например, находятся люди, утверждающие, что для объединения всех курдов в единый кулак, необходимо чтобы представители религиозных меньшинств перешли в религию большинства. Данное утверждение, по моему субъективному мнению, мягко говоря, является бредом. Это не более чем религиозный шовинизм. Здоровое общество это не то, которое подавляет и подчиняет меньшинство, а то общество, которое защищает свои меньшинства любой ценой.

Целью данной работы, является не утверждение о том какая религия подходит курдам. Если меня спросят «какая религия больше подходит курдам?» я отвечу «никакая!». Все дело в том, что разруха царит в головах самих курдов, вовсе неважно какую религию мы будем исповедовать. Разве пастух, надев царское платье, станет подлинным и настоящим царем? Так и мы, пока сами не изменимся, исповедуемые нами религии только подчеркнут недостатки нашего народа. Нашему народу необходима надрелигиозная и надклановая идеология.

Идея, объединяющая всех курдов независимо от происхождения, диалекта и вероисповедания. Назовем условно эту идеологию «Курдизмом». Я считаю курдизмом идею восприятия целостности и равноправия всех сегментов курдского этноса. Формула «моя нация-моя религия» может стать девизом людей разделяющие идею курдизма. Но на пути к такому восприятию своего народа необходимо преодолеть собственные недостатки. У читателя наверняка возникнет вопрос «в чем же я вижу эти недостатки».

Я не стану рассматривать данный вопрос глобально. Возьмем узко, то с чем каждый из нас может сталкиваться в повседневной жизни. Ведь, как известно с мелочей все начинается. Небольшой камень, брошенный с вершины горы,может стать причиной большого обвала. Итак, каждый из нас рано или поздно подходит ко времени, когда он или она создают свою семью. Обратите внимание, что происходит в этот момент. Родня девушки или парня стараются, чтобы их родственник создал семью с другим...родственником, т.е. близкородственные браки среди нас это не редкость.

Это проявление клановой ментальности. Мы никогда не станем единым целым пока, будем сторониться остальных курдов. Браки с представителями других курдских конфессий укрепят единство нашего народа. В конце концов, мы единый народ и подобные вопросы не должны быть на повестке дня. Другим важным моментом, является, на мой взгляд, обращение друг к другу. Может вы наблюдали случай, когда курд-мусульманин здороваясь с курдами-езидами произносит привычное для него «салам алейкум». Последние, как правило, вовсе не реагируют на такое приветствие, что может обидеть курда-мусульманина. Однако езидов можно понять. Они не являются мусульманами и как следствие этого они не обязаны отвечать на приветствие принятое исключительно в среде мусульман.

Для них этот вопрос принципиален, ведь до недавних пор они подвергались гонениям со стороны мусульман из-за своей религии. Вы представьте себе, что стало бы с евреем, который зайдя в мечеть, поприветствовал всех привычным для него словом «шалом». Курдам-мусульманам следует определиться кто они в первую очередь «курды» или «мусульмане». Если кто-то считает себя в первую очередь «мусульманином», то флаг им в руки, с такими людьми нам не по пути. Именно такие фанаты устраивают теракты в Шангале, отрезают головы пешмарга, вступают в ряды религиозной террористической организации Ансар-аль-Ислам...Что мешает нам быть курдами и исповедовать свою религию? Ходе (Бог, Аллах) будет нас судить не за то, что какую религию мы исповедовали, а за наши грехи.

Можно ли верить тем, кто призывает убивать во имя религии? Неужели Бог настолько кровожаден?! Конечно же, нет! Именем Бога прикрываются люди с запятнанной совестью. Так давайте же мы будем выше, чем они! Не станем послушной отарой овец в лапах этих шакалов. Как я уже писал выше, с мелочей начинается все. Чтобы научиться уважать друг друга, начнем хотя бы с простого приветствия. Если мы курды в первую очередь и лишь потом мусульмане, езиды и т.д., то и здороваться должны как курды. На диалекте курманджи есть немало красивых слов и фраз приветствия. Например, почему бы вместо круглосуточного «салам алейкум» не употреблять приветствия на курманджи в соответствии со временем суток?

К примеру: «Sibe we bi xer be», т.е. «доброе утро»; «roj xera we»-добрый день; «ewar xera we»-добрый вечер; «silav»-привет; «xatre te (we)»-до свидание. Альтернативой этим прекрасным фразам могут служить также «sibe bash»-доброе утро; «roj bash»-добрый день; «evar bash»-добрый вечер. Обратите внимание, сколько смысла вложено в эти простые фразы, в них кроется душа нашего народа. В заключение хочу сказать, что никакой враг не рассорит нас, если мы научимся уважать друг друга. Если мы хотим уважения других наций, так давайте же научимся сами себя уважать. Начнем же для этого здороваться с курдами по-курдски, вступать в браки с курдами, не смотря на их вероисповедание.

В конце концов мы ведь один народ?!

Статья: Азо Джалали 

Cara dawî min Memo payîza sala 1992 an dît, li kolaneke Yêrêvanê goşt difrot. Me goşt hilda û bi hev re çûne mala hevalekî. Çiqwas jî kirîza dil biribû, lê dîsan jî ji me re heta dereng stira. Em ji stran û dîndara wî têr ne dibûn.
Memoyê Silo çawan mirov jî gelekî hêja bû; rûnerm, nefsbiçûk, nandar û mêvanhiz bû. Ew kurdperwarekî ji dil bû.
Dengbêj Memoyê Silo mîrateke hêja pey xwe hîşt, stranên wî nimûnên hostatîya dengbêjîyê ne.
Bê guman, navê wî wê di dîroka çanda kurdî de bimîne.

Tosinê Reşîd